По дорогам Бельгии. Путешествие второе – сказочный Брюгге. (Patreon)
Content
Дорога от Брюсселя до Брюгге занимает совсем немного времени. Лучше всего путешествовать поездом. За окном мелькают виды опрятных маленьких городов и деревушек, леса, поля, стада коров, овец и лошадей – весь скромный уклад фламандской жизни. Вот показался величавый Гент. А после него, через полчаса – Брюгге. Выйдя из здания вокзала, видишь перед собой зеленый массив парка и несколько небольших зданий магазинчиков и ресторанчиков. И это «северная Венеция»? Но достаточно перейти дорогу и всего на шаг углубиться в парк, чтобы понять – ты приехал именно туда, куда хотел.
Перейдя по каменному мостику окруженный зеленью канал Still Einde, оказываешься на средневековой улочке, вымощенной серым булыжником. Кто сказал, что Брюгге – это Бельгия? Это отдельный мир со своей самостоятельной и богатой историей. Категории страны или культурной эпохи к нему неприложимы. Существует только история города – история Брюггии, оживленного порта западного мира (на староскандинавском Bryghia – это «порт», «причал»). У этой истории свои памятные даты и свои герои. Героем может стать и офицер неприятельской армии. В 1944 году комендант Иммо Хопман отказался расстреливать город из тяжелых пушек, и его имя навсегда вошло в историю Брюгге. Узкие средневековые улочки ведут вас дальше. Мосты, каналы, строгий шпиль церкви Святой Девы, Госпиталь св. Иоанна, дворец Груутхузе, Рыночная площадь с дозорной башней Белфорд (Беффруа), площадь Бург с Ратушей и базиликой Святой Крови, улица Слепого осла, ведущая от площади Бург к Рыбному рынку, Набережная Розария и Площадь Кожевников, – вот названия континентов и островов великой Брюггии. Лодочное путешествие по каналам, виды массивных зданий, вырастающих из воды, арки каменных мостов, лебеди на Озере Любви – все это возвращает нас к далеким детским снам или отсылает к священным местам будущей жизни.
Кто сказал, что Рай – это только леса, луга и озера? Разве возможен рай без таких городов как Брюгге? Если соглашаться с учением Церкви, что не все люди войдут в райские обители, то наверняка и не все города заслужат этой награды. Некоторым городам придется пройти пусть очищения. А есть города тьмы… Но нет, это не их вина! Это люди делают их земными предвестниками ада. Вспомним о Платоновой аналогии больной души и больного города. Во всяком случае, церковное учение нуждается в существенных экологических дополнениях с подробным урбанистическим приложением. Предлагаю новую теологическую дисциплину – урбанологию! Но вернемся к улочкам Брюгге.Я уже упомянул о Госпитале св. Иоанна. Он был основан в XII веке и предназначался не только для ухода за больными, но и для попечения о странствующих (одно из его названий – «Дом странников»). Здесь размещалась больница вплоть до 1978 года. Согласитесь, что госпиталь с 800-летней историей довольно необычное явление. На картине Яна Беерблока 1778 года изображен интерьер госпиталя с часовней в дальнем левом углу. Все заняты делом, в госпитальных залах царит чистота и порядок. Какой контраст с нашими больницами! Нам как-то до сих пор не удается одухотворить места, где рождается новая жизнь, где люди радуются и страдают, где они борются с болезнями или готовятся отойти в другой мир. Бетонные и бездушные здания просто не предназначены для таких важных событий. Sint-Janshospital мог бы многому научить.
Сердце города – две площади Markt и Burg соединенные между собой небольшой улочкой. На просторной Рыночной площади (в прошлом – не только торговом центре, но и месте, где происходили турниры и публичные казни) шумно и многолюдно. Городская сторожевая башня Белфорд – главная достопримечательность всего архитектурного комплекса. Чтобы взобраться на ее вершину нужно отстоять небольшую очередь. Как и в Брюсселе, большинство зданий центральной площади – это дома ремесленных цехов. Памятник Яну Брейделю и Питеру де Конинку (первый – предводитель мясников, а второй – представитель ткачей) призван напоминать о свободолюбии горожан и их решимости отстаивать собственные права (права цеховых корпораций) перед французским королем. Вот так, не короли и поэты, не политики и военачальники, как во многих столицах, а мясник и портной символизируют дух города.
Площадь Бург имеет совсем другой колорит. Фасад Ратуши украшен скульптурами благородных брюггерцев (реальных исторических деятелей Брюгге и графства Фландрия). Слева от Ратуши – небольшое изящное здание бывшей Канцелярии, а справа – базилика Святой Крови. Позолоченные фигуры на темно-сером фасаде, богатое убранство верхней церкви с ее величественным главным алтарем и восхитительными витражами, крипта святого Василия с выразительными скульптурами – все это роскошное архитектурное обрамление служит хранилищем для реликвии Святой Крови Христовой, по преданию привезенной в Брюгге из второго крестового похода. Особое место в Брюгге – Begijnhof, «двор бегинок», основанный в 1245 году Маргаритой Константинопольской. Если выйти из старого центра к Китовой площади (со стоянкой для конных экипажей, которыми управляют в основном девушки), нужно повернуть направо и перейти небольшой каменный мост. Перед вами будут ворота с надписью Sauvegarde – «защита». Пройдя ворота и небольшой каменный коридор, гость оказывается в тихом и уютном дворике с белыми домами по периметру (Godshuizen de Vos — «домами божьими») и большой каменной часовней по левую руку. Сейчас здесь живут монашки-бенедиктинки. Мы зашли в часовню как раз во время чтения Бревиария.
Я всегда думал, что бегинки и бегарды – это представители средневековых еретических движений. Вероятно, многие из них были далеки от ортодоксии. Но их жизнь достойна уважения и даже восхищения. Бегинки – это женщины, объединявшиеся в общины с почти монастырским уставом. Они молились и занимались рукоделием под руководством «гран-дамы», настоятельницы. Но каждый мог покинуть общину в любой момент. Если у нас есть выражение «монастырь в миру», то здесь уместно было бы говорить о «мире в монастыре». Миряне приходят в место, напоминающие монастырь, и живут по особым правилам, неся различные послушания. Например, одни из видов деятельности бегинок, — стирка белья для Госпиталя святого Иоанна. Посетив Begijnhof, понимаешь почему отсюда не хотели уходить. Похожее место есть в Амстердаме – основанный в 1346 году Бехайнхоф. Здесь такой же замкнутый двор с садом, но дома значительно крупнее и в голландском стиле – из темного кирпича и с белыми рамами окон (в Брюгге наоборот – светлые дома с темными оконными рамами). Во времена гонений на католическую церковь в амстердамской обители бегинок проводились тайные богослужения. Сейчас здесь живут одинокие пожилые женщины, но религиозная жизнь осталась в прошлом… В Брюгге, со средневековых времен также существовало много домов, в которых жили престарелые и обездоленные люди.
Их содержание оплачивалось ремесленными гильдиями и корпорациями. В обязанности обитателей этих домов входили ежедневные молитвы за своих благодетелей. Вот такая форма духовной благодарности. Примером местного благочестия и человеколюбия может служить приют Святой Девы Поттери (гончаров). Это квартал двухэтажных зданий из темного кирпича, в которых до сих пор (с 1276 года!) размещается дом престарелых с часовней (здесь хранится средневековый образ Девы Марии Цеха гончаров) и музеем золотых и серебряных изделий. Направо от выхода из Begijnhof, находится Озеро Любви (Minnewater) – здесь можно передохнуть от длительных хождений по каменным мостовым. Сидя на скамейке под старыми деревьями, следя за плавными движениями лебедей и уток по зеркальной поверхности озера, можно многое понять их того, что раньше не понимал. И можно многое сказать любимому человеку…
А уже в вечернем вагоне, по дороге в Брюссель, можно вспоминать незабываемые детали городского путешествия: шоколадные магазины, философскую классику на фламандском языке, длинные пивные бокалы с деревянной ручкой, 366-ступенчатый пеший подъем на смотровую площадку Белфорда и виды города в солнечной дымке, желтые листья на серых булыжниках и отражения каменных стен в узких каналах… Сюда хочется возвращаться!
Андрей Баумейстер